Он грохнул кулаком по столу.

– Картуза и Мыловара ко мне! – распорядился он по селектору.

Вскоре в кабинет вошли двое кряжистых мужичков лет под сорок пять. На физии каждого из них было каллиграфическим почерком выписано только одно слово: «головорез».

Оба они являлись профессиональными убийцами, но не какими-то киллерами, наемниками. Картуз и Мыловар выполняли заказы, а точнее, приказы организации как бы по идейным соображениям, да и сами входили в элиту питерского воровского сообщества и принимали участие в решении самых принципиальных вопросов. Просто профессия у них была такая – убийцы. Точнее – исполнители приговоров.

Облик у обоих был впечатляющий. Картуз имел столь сильно скошенный лоб, что тот действительно напоминал головной убор, давший этому урке соответствующую кличку. А Мыловар, круглолицый и лопоухий, обладал выпуклыми, будто линзы перископа, глазами. Оба были внушительной комплекции, хотя и не очень высокого роста. Несмотря на не слишком интеллектуальную внешность, мужичкам этим в сообразительности никто бы не отказал.

Совершенно внезапно у Варгуза помутнело в глазах, и его голова безвольно брякнулась об стол.

Очнулся он в обществе все тех же Картуза с Мыловаром, а также Камала и человека в белом халате.

– Ничего страшного, – успокаивающе произнес врач. – Просто, видимо, сказалась напряженная работа. Вам придется провести в постели дней пять. А в дальнейшем пройти тщательное медицинское обследование.

– Пусть все уйдут, – хрипло, с одышкой сказал Варгуз, – кроме этих двух. – Он указал на Картуза и Мыловара.

Когда они остались втроем, Варгуз заговорил с трудом, но очень твердо, выделяя каждое слово:

– Вам, братаны, следует ехать в столицу. Бимбера завалили московские паскуды, а питерский общак был у него. Где наши лаве теперь, неизвестно, в чем, конечно, и моя вина.