Петр подозвал администраторшу Зину, которая, как обычно, с кем-то перекидывалась веселым словом.

– Здравствуй, Петенька! Ну ты сегодня как огурчик, – в обычном своем стиле начала она.

– Привет и тебе, Зинуля! Я гляжу, все цветешь!

Она сделала круглые глаза:

– Мужчины, дорогой, мужчины помогают.

Петр некоторое время ломал голову, как половчее перейти к интересующему его вопросу, но, ничего не надумав, пошел напролом:

– У вас никак девчонка новая за стойкой?

Зинуля опять сделала круглые глаза, на этот раз придав им жуткое выражение, и в нарушение инструкции села за столик рядом с Лухарем.

– Девка с Донбасса. Приехала с родителями, и их тут же пришили, забрав весь багаж, деньги и документы. Сама Ася чудом жива осталась. А дом на Украине они уже продали, и родственников близких у неё ни тут, ни там не осталось. А мой-то муж работает в милиции. Вот он её допросил – что да как, а потом мне рассказал. А мы сами с супругом с Украины, и девчонка наша в отъезде на каникулах. Вот я и говорю Семену: давай приютим пока бедолагу, ведь когда она ещё себе какую-нибудь бумагу выправит. – Зинулю так и распирала гордость за свое человеколюбие. Гордость, впрочем, вполне законная. – И на работу я её сюда устроила. Да вот одна беда…

– Какая же? – проявил неподдельный интерес Лухарь.

– Не хочет она спать с нашим хозяином азером. Да и вообще её ни с кем в постель не затащишь, а то бы и баксы завелись, и квартиру могла бы себе приобрести. Короче, непутевая да неблагодарная она оказалась.

– Наверное, алых парусов ждет, – задумчиво произнес Петр.

– Не знаю, чего она там ждет, только недолго ей осталось у меня ошиваться и в этом заведении – тоже, если и дальше так себя вести будет.